Образование и исключение 1958 года

Мень поступил в Московский пушно-меховой институт в Балашихе в 1953 году, перевёлся вместе с институтом при его переводе в Иркутск и в марте 1958 года — незадолго до выпуска — был исключён по причине религиозных убеждений. Через несколько недель он был диаконом Русской Православной Церкви. Исключение есть первый документированный случай, когда советское государство подействовало против него лично, и оно превратило его из биолога, изучавшего богословие частным образом, в клирика.

Традиция: Русская Православная (Московский Патриархат)

Выбор предмета

Мень пошёл в вуз изучать биологию. Учебным заведением был Московский пушно-меховой институт в Балашихе под Москвой, куда он поступил в 1953 году — в год смерти Сталина (русская Википедия, ст. «Мень, Александр Владимирович»; английская Википедия, ст. “Alexander Men,” где для его пребывания в пушно-меховом институте указан 1955 год, очевидно относящийся к более позднему моменту того же курса обучения).

Выбор не был случайным. Он продолжал мальчика, учившегося рисованию у художников-анималистов Василия Ватагина и Вадима Трофимова, и предвосхищал богослова, который откроет свою историю религии томом о естественных науках, об эволюции и о месте человеческой личности в космосе (см. «В поисках Пути» и псевдонимная печать). Мень был одним из сравнительно немногих православных писателей XX века с формальным естественнонаучным образованием, и это видно: его обращение с эволюционной биологией не смущено, и это именно одна из тех вещей, которые ставят ему в вину самые резкие его православные критики (см. Обвинения и защита).

Есть и более холодное прочтение этого выбора, и оно, вероятно, отчасти верно. Богословие было недоступно. В Советском Союзе 1953 года существовала горстка семинарий, приём в них контролировался, и юноша из еврейской семьи с катакомбным крещением не был очевидным кандидатом. Биологический институт в подмосковье был местом, где можно было находиться, читая — частным образом и непрерывно — для призвания, к которому государство не позволяло ему готовиться.

Иркутск

Пушно-меховой институт был впоследствии реорганизован, а его факультеты переведены; Мень перевёлся вместе с ним в Иркутск, в Восточную Сибирь, где соответствующее отделение было поглощено сельскохозяйственным институтом (русская Википедия, ст. «Мень»; английская Википедия, ст. “Alexander Men,” описывающая его как «перешедшего в Иркутский сельскохозяйственный институт»). Он оказался, таким образом, за несколько тысяч километров от Москвы, от семьи и от подпольной общины на последнем этапе учёбы.

Он продолжал читать богословие всё это время и скрывал свои убеждения недостаточно хорошо — или, вероятнее, не пытался их скрывать вовсе.

Исключение

В марте 1958 года, незадолго до того, как он завершил бы своё образование, Мень был исключён из института по причине религиозных убеждений (русская Википедия, ст. «Мень», датирующая исключение мартом 1958 года; английская Википедия, ст. “Alexander Men”: “expelled in 1958 due to his religious beliefs”).

Жестокость здесь в сроке. Он был в шаге от квалификации, на которую потратил пять лет, и её у него отняли. Это не было необычной советской практикой — исключение на пороге выпуска максимизировало потерю и служило предостережением другим студентам, — и оно принадлежит к более широкой хрущёвской антирелигиозной кампании 1958–1964 годов, закрывшей тысячи храмов, упразднившей семинарии и вытеснявшей верующих из высшего образования и профессий.

Мень так и не получил светского диплома. Следствием, в обществе, регулировавшем занятость по квалификации, стало то, что его возможности резко и немедленно сузились.

Немедленный поворот

Поражает быстрота последовавшего. Мень был исключён в марте 1958 года. 1 июня 1958 года он был рукоположен во диакона и назначен в Покровскую церковь в Акулове (русская Википедия, ст. «Мень»; английская Википедия, ст. “Alexander Men,” дающая ту же дату). Менее трёх месяцев отделяют конец его научной карьеры от начала церковной.

Возможны два прочтения этой быстроты, и они не исключают друг друга. Первое: исключение разрешило вопрос, который он держал открытым, и он принял его как промыслительный толчок. Второе прозаичнее: у молодого человека без диплома, с документированным религиозным поражением в правах и с семьёй на содержании оставалось немного дверей, и Церковь была одной из них. Позднейшие замечания самого Меня и его биографов склоняются к первому прочтению (Yves Hamant, Alexander Men, гл. 2; Wallace L. Daniel, Russia’s Uncommon Prophet, гл. 2), и нет оснований им не верить; но второе есть действительная черта положения, и она нисколько не постыдна.

Богословское образование, последовавшее затем

Будучи исключён из светского института, Мень затем получил те богословские степени, которые прежде не были ему доступны, — и получил их единственным возможным для служащего клирика способом, заочно:

  • Ленинградская духовная семинария, которую он окончил в 1960 году, в год рукоположения во иерея (русская Википедия, ст. «Мень»; английская Википедия, ст. “Alexander Men”: “ordained priest 1 September 1960 after graduating from Leningrad Theological Seminary”).
  • Московская духовная академия, заочно, окончена в 1965 году (русская Википедия; английская Википедия, “Completed studies at Moscow Theological Academy (1965)”).

Он также печатался, рано и в официальной церковной печати: около сорока статей в «Журнале Московской Патриархии» между 1959 и 1961 годами (русская Википедия, ст. «Мень»). Это стоит отметить против позднейшей полемической картины Меня как фигуры окраинной или криптоинославной. В двадцать с небольшим лет он был постоянным автором собственного периодического издания Русской Церкви, печатавшимся под собственным именем с одобрения его редакторов.

Чего стоило исключение и чего не стоило

Исключение стоило ему профессии, квалификации и — в системе, где трудовая книжка следовала за человеком всю жизнь, — постоянного чёрного пятна. Оно не стоило ему его учёности. Биология осталась при нём и осталась видна в его сочинениях: в разборе эволюции в первом томе истории религии, в его отказе стравливать науку и веру и в складе ума, искавшем развитие, преемство и процесс там, где бо́льшая часть русского религиозного письма предпочитала вневременное утверждение.

Оно дало ему и нечто менее измеримое. С двадцати трёх лет он конкретно знал, что советское государство сделает с верующим, который не прячется, и он уже что-то ему проиграл. Следующие тридцать два года государство будет обыскивать его дом, допрашивать его, поносить его в печати и насаждать осведомителей в его приходе — и больше не получит от него ничего (см. Новая Деревня и КГБ).

См. также

References

  • Русская Википедия, ст. «Мень, Александр Владимирович». (Московский пушно-меховой институт в Балашихе, 1953–1955; перевод в Иркутск; исключение в марте 1958 г.; диакон 1 июня 1958 г.; Ленинградская духовная семинария, окончена в 1960 г.; Московская духовная академия заочно, окончена в 1965 г.; ок. 40 статей в «Журнале Московской Патриархии», 1959–1961.)
  • Английская Википедия, ст. “Alexander Men.” (“Studied at Moscow Fur Institute (1955); transferred to Irkutsk Agricultural Institute; expelled in 1958 due to his religious beliefs”; даты рукоположений.)
  • Hamant, Yves. Alexander Men: A Witness for Contemporary Russia (A Man for Our Times). Trans. Steven Bigham. Oakwood Publications, 1995. (Исключение и решение искать рукоположения.)
  • Daniel, Wallace L. Russia’s Uncommon Prophet: Father Aleksandr Men and His Times. DeKalb, IL: Northern Illinois University Press, 2016. (Студенческие годы Меня и поворот к священству.)
  • Православная энциклопедия, ст. «Мень Александр Владимирович» (pravenc.ru/text/2562996.html). (Богословское образование наряду с приходским служением с 1958 г.)