Первоначальное ядро текста

Ни одна рукопись не сохраняет Синодик в точности таким, каким он был возглашён впервые; восстановить можно первоначальное ядро, выделяемое по тому, что позднейшие прибавления поминают людей, живых ещё в 843 году. Этот файл излагает, что современная текстология может и чего не может установить об этом ядре, — и честно говорит, где свидетельства иссякают.

Традиция: Общеправославная

Постановка задачи

Синодик есть живой текст. Он рос пять столетий, и рос через вставки — новые имена среди возглашаемых, новые главы среди анафематствований, — так что ни один уцелевший список не есть снимок первого чтения. Критическое издание Гуйяра, незаменимая точка отсчёта, по самому своему способу есть составное издание, извлечённое из многочисленных версий, включая разночтения местного происхождения; именно это делает его неоценимым для всего предания и неудобным для определённого вопроса «что пели в 843 году?» (Frederick Lauritzen, “The Layers of Composition of the Synodikon of Alexius Studites,” Studia Ceranea 7 [2017]: 121–128, at 121–122, о составном характере текста Гуйяра; Jean Gouillard, “Le Synodikon de l’Orthodoxie: édition et commentaire,” Travaux et Mémoires 2 [1967]: 1–316).

Два новейших обстоятельства улучшили положение. Первое — признание London, British Library, Additional MS 28816, написанной в 1110 или 1111 году монахом Андреем из монастыря Олени в Морее; Гуйяр признал её «несомненно одним из лучших свидетелей первоначальной и чисто константинопольской формы Синодика», но она была ему неизвестна при подготовке издания и вследствие этого осталась в небрежении (редакторское примечание архимандрита Ефрема [Лэша] к переводу Эндрю Лаута, выверенному по этой рукописи, на сайте Anastasis). Второе — критическое издание древнейшего устойчивого греческого текста, Синодика Алексия Студита, отражающего документ, каким он стоял при этом патриархе примерно с 1034 по 1043 год, — текста с малым числом разночтений в шести его древнейших рукописях и предка всех славянских и грузинской версий (Frederick Lauritzen, ed., Synodikon of Alexios Studites (1025–1043), в The Great Councils of the Orthodox Churches: From Constantinople 861 to Moscow 2000, ed. Alberto Melloni, vol. I [Turnhout: Brepols, 2016], 375–394; Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 122, 127).

Работая назад от этого устойчивого текста одиннадцатого века, Лауритцен выделяет пласты по простому и строгому мерилу: член, поминающий мужа, умершего после 843 года, не мог стоять в тексте 843 года.

Что принадлежит ядру

По этому способу к тексту 843/844 года относятся, с оговоркой «возможно, первоначальное», следующие:

  • введение — гомилетическое предисловие, построенное из Ис. 41:1, Рим. 6:4, 2 Кор. 5:17, Ин. 10:22 и Псалмов, представляющее день как праздник обновления после «зимы» нечестия;
  • благословения — семь нумерованных догматических возглашений об иконе и о Воплощении, каждое с ответом «Вечная память», завершающиеся великим «Якоже пророцы видеша, якоже апостоли научиша…» и «Сия вера апостольская…»;
  • первая часть раздела о святых, включая четырёх иконопочитательных патриархов Германа, Тарасия, Никифора и Мефодия;
  • введение к анафематствованиям и корпус собственно иконоборческих анафематствований;
  • начальные императорские призывания и молитва о Михаиле III и Феодоре;
  • список патриархов Константинопольских, каким он стоял в 843 году

(Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 126, где дана роспись пластов; нумерация разделов там принадлежит самому Лауритцену, привязана к его изданию и не воспроизводится здесь как нумерация членов.)

Лауритцен прибавляет, что разделы первый и второй — введение и благословения — несут библейские цитаты и богословские отсылки, связанные с вопросом об иконе, и «с трудом поддаются датировке», с возможностью, что эта часть «не изменялась после 844 года» (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 122). Иначе говоря, догматическое сердце Синодика есть, весьма вероятно, старейшее в нём.

Что не принадлежит

Тот же способ убирает немалое. Среди древнейших наслоений после 843 года:

  • После 845 года — расширение списка святых включением Феофилакта Никомидийского (ум. 846), Николая Студийского (ум. 868), прп. Иоанникия (ум. 846), Илариона Далматского (ум. 845) и прп. Симеона Столпника Лесбосского (ум. 844) — прибавление, отражающее интерес константинопольских монастырей Далматского и Студийского в притязании на место в восстановлении (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 123, 126).
  • После 870 года — ещё один набор анафематствований, который Гуйяр в своём аппарате определил как извлечённый из деяний собора 869–870 годов и который касается именно иконоборцев первого иконоборчества (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 124, 126).
  • После 925 года — возглашение патриархам Игнатию, Фотию, Стефану, Антонию и Николаю: список не может предшествовать смерти Николая I Мистика в 925 году — вместе с широким анафематствованием новшества, взятым из Томоса единения 920 года (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 122, 126–127; греческий текст заимствованных членов напечатан там же, 127 n.16, по Nicholas Mystikos, Tome of Union, ed. L. G. Westerink, Nicholas I, Patriarch of Constantinople: Miscellaneous Writings, CFHB 20 [Washington, DC: Dumbarton Oaks, 1981], 70).
  • Между примерно 1010 и 1043 годами — анафематствования на всех еретиков, на всех яковитов и на всех несториан и длинный ряд, направленный против дуалистической секты, — материал, отвечающий заботам патриарха Алексия Студита, который неоднократно действовал против яковитской общины, и отражающий возраставшую осведомлённость Константинополя о балканском и малоазийском дуализме после того, как Евфимий Акмонийский писал в Перивлептском монастыре при Романе III (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 124, 126–127).

Вывод Лауритцена состоит в том, что в одном лишь тексте одиннадцатого века есть по меньшей мере пять слоёв — первоначальный и четыре изменения — и что их нельзя сливать, ибо каждый отражает особый интерес: монашеское самовыдвижение, полемику против первого иконоборчества, включение решения о тетрагамии и антидуалистическую кампанию (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 126–127).

Оспоренный прежний взгляд

До недавнего времени преобладала иная картина. В 1980 году Сирил Манго утверждал, что текст Синодика не менялся между 843 годом и 1082-м, когда были прибавлены анафематствования против Иоанна Итала, — утверждение, покоившееся на подразделении Гуйяром изводов на M, C и P, и такое, которое Лауритцен показывает несостоятельным: и потому, что Гуйяр поместил анафематствования против Итала (изданные при Алексее I Комнине, а не при Македонянах) внутрь «Синодика M», и потому, что шесть древнейших рукописей содержат устойчивый текст времени Алексия Студита, которого изложение Манго не вмещает (Cyril Mango, Byzantium: The Empire of New Rome [London: Weidenfeld & Nicolson, 1980], 102; Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 121–122). [Disputed: Манго (1980) держал текст по существу неизменным с 843 по 1082 год; Лауритцен (2017), на основании нового критического издания, выделяет четыре фазы изменений до 1082 года. Настоящее собрание следует Лауритцену, чей довод опирается на рукописные свидетельства, недоступные Манго, отмечая при этом, что прежний взгляд по-прежнему широко повторяется.]

Лауритцен равным образом отчасти расходится с Гуйяром, полагавшим единый пересмотр в начале десятого века: первые три фазы нельзя сжать, поскольку они преследуют разные цели (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 126–127).

Случай одиннадцатого века, подтверждающий это

Один рассказ стоит привести, ибо он показывает, что современники обращались с Синодиком именно как с растущим текстом. Иоанн Скилица сообщает, что патриарх Михаил Кируларий, будучи в размолвке с Михаилом Мермендулом, игуменом Студийским, изъял имя прп. Феодора Студита при чтении Синодика в храме. Мермендул обратился к императору; по царскому повелению Синодик был прочитан вновь — в Неделю о самаряныне — и на этот раз сам патриарх встал и возгласил имя великого Феодора «голосом громким и ясным», и мятеж монахов утих (John Skylitzes, Synopsis Historiarum 9.7, ed. Ioannes Thurn [Berlin–New York: De Gruyter, 1973], 433–434, в переводе и разборе Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 123–124).

Замечание Лауритцена здесь исторически важнейшее: патриарх, очевидно, полагал, что имеет власть изъять то, что считал прибавлением, — а это говорит нам, что к 1043/44 году люди прекрасно знали, что Синодик содержит прибавления, и спорили о них (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 124). Каковы бы ни были побуждения Кирулария, случай устанавливает, что «наиболее обычная» форма текста 1040-х годов включала имя Феодора и что Синодик уже был местом спора о том, что́ ему принадлежит.

Чего восстановить невозможно

Три честных отрицания замыкают этот файл.

Точные речения 843 года невосстановимы. Предваряющее примечание к общепринятому английскому переводу принятого текста говорит прямо, что «восстановить первоначальный текст в точности, вероятно, невозможно» (предваряющее примечание к Синодику, английский перевод, распространяемый монастырём Святого Преображения в Бостоне; то же суждение высказано в примечании архимандрита Ефрема к переводу Лаута по BL Add. 28816).

Авторство ядра не установлено. Распространённые православные источники обычно приписывают составление патриарху Мефодию, а позднейшую правку — патриарху Сергию II около 1000 года; ни то ни другое приписывание не подтверждается текстологической наукой, просмотренной для настоящего собрания, и оба сообщаются здесь как предание, а не как доказанный факт [Disputed: приписывания Мефодию и Сергию широко обращаются в православной катехизической литературе; стратиграфия Лауритцена говорит о «первоначальном тексте 844 года» и о датируемых фазах изменений, не назначая авторства (“Layers of Composition,” 2017, 122, 126)].

Употреблялся ли при самом первом чтении в 843 году писаный текст, настоящему собранию неизвестно. Внутреннее свидетельство предисловия указывает на составление для первой годовщины (Lauritzen, “Layers of Composition,” 2017, 122); что было сказано в самый день крестного хода, просмотренные здесь источники не говорят.

Таковы пределы, и они названы, а не замазаны. Надёжно же действие Церкви: в 843 году иконы вернулись, и с 844 года Церковь ежегодно поёт грамоту этого восстановления, чьё догматическое ядро — возглашения о Воплощении и об образе — есть, весьма вероятно, старейший слой документа.

См. также

References

  • Lauritzen, Frederick. “The Layers of Composition of the Synodikon of Alexius Studites.” Studia Ceranea 7 (2017): 121–128.
  • Lauritzen, Frederick, ed. Synodikon of Alexios Studites (1025–1043). В The Great Councils of the Orthodox Churches: From Constantinople 861 to Moscow 2000, ed. Alberto Melloni, vol. I, 375–394. Turnhout: Brepols, 2016 (CC.COGD 4.1).
  • Gouillard, Jean. “Le Synodikon de l’Orthodoxie: édition et commentaire.” Travaux et Mémoires 2 (1967): 1–316. (Приводится здесь из вторых рук, через Lauritzen 2017 и редакторское примечание к переводу Лаута/Лэша; напрямую не просмотрено.)
  • Mango, Cyril. Byzantium: The Empire of New Rome. London: Weidenfeld & Nicolson, 1980. P. 102. (Прежний взгляд на неизменность текста в 843–1082 годах.)
  • Nicholas Mystikos. Tome of Union (920). В Nicholas I, Patriarch of Constantinople: Miscellaneous Writings, ed. L. G. Westerink. CFHB 20. Washington, DC: Dumbarton Oaks, 1981. P. 70. (Источник анафематствования на новшество.)
  • John Skylitzes. Synopsis Historiarum 9.7. Ed. Ioannes Thurn. Berlin–New York: De Gruyter, 1973. Pp. 433–434. (Случай Кирулария и Мермендула.)
  • Синодик Православия. Перевод Эндрю Лаута, выверенный по London, British Library, Additional MS 28816 архимандритом Ефремом (Лэшем), с редакторским примечанием.
  • Синодик Православия. Принятый греческий текст Триоди; английский перевод, распространяемый монастырём Святого Преображения в Бостоне, с предваряющим примечанием.